Поиск по сайту

Мелодия известная - из м/ф про пятерых бродячих раздолбаев, которые ещё и поют. Ничего на свете лучше нету, Чем вломить с вертухи по Hellcat'у. Тем, кто танчит, не страшны тревоги, Даже если кризис на пороге. Даже если кризис на пороге. Бездорожье ИС'у не помеха, Даже если не туда заехал. Так чудесно, если вдруг найдёте, Утопить артý в родном болоте. Утопить артý в родном болоте. Мы своё призванье не забудем, Поджигать врагу моторы будем. Нам немецкой оптики сиянье Не заменит бóртом танкованья. Не заменит бóртом танкованья.

Сказки старого ангара: Фердинатор - Часть 1 Есть девушки в наших шеренгах, Их взводными часто зовут - Слона на скаку остановят И хобот ему оторвут. Из-за холмов медленно выползала тёмная туча. Она уже закрыла собой половину неба, и вдали отчётливо громыхало. СУ-100 неторопливо штурмовала крутой склон насыпи полуразрушенного моста, ведущего через долину в деревню. Командир самоходки, Танька Архарова по прозвищу Каратистка, встревоженно выглянула из люка на крыше машины и нахмурилась.

Сказки старого ангара: Неведома зверушка Давным-давно, в старом-престаром ангаре… Подбитый танк выглядел неважно: правый борт отвалился, недоставало гусеницы и пары катков. С левой стороны зияла пробоина, в которую командир легко мог просунуть забинтованную голову. - Капец «Квасу»... - грустно вздохнул мехвод данного агрегата, Василий.

Сказки старого ангара: Мехвод «Кваса» А если к нам полезет враг матерый, Он будет бит повсюду и везде! Марш советских танкистов. - Она хочет, чтоб я умер! - от отчаяния Камка готов был грохнуться на колени перед входом в палатку «квасоводов». - Танька, что-ли? - удивился мехвод Вася. - С чего ты взял? - Она будит нас ни свет ни заря, заставляет делать эти ужасные упражнения, бегать, и даже отжиматься! - И все девчонки бегают? Каждый день? - заинтересовался выглянувший на шум Макс. - Так точно, - уныло подтвердил наводчик и взмолился. - Я больше не могу так! Спасите! Командир с мехводом загадочно переглянулись и решили приютить страдальца. Вся танковая база второй день стояла лагерем в поле. Технику выкатили из ангаров и выставили на обозрение под открытым небом. Экипажи заставили сдать боевые снаряды, а взамен выдали холостые. На вопрос, зачем это нужно, Петрович произнёс пространную речь о показательных учениях, воспитании патриотизма и дружбе народов. Хотя, взаимосвязи между первыми двумя пунктам и огромным золочёным фонтаном в московском парке личный состав так и не уловил. Мало того, несмотря на отчаянное сопротивление Угонщика, его заставили-таки вернуть немцам их расписной «Гриль» в знак укрепления этой самой дружбы. В результате командир «Кваса» ещё больше возненавидел фрицев. А немцы восприняли намалёванную на борту радугу как личное оскорбление. - А ну брысь отсюда! - Танька безуспешно пыталась согнать со своей СУ-100 облепивших рубку детей. - Камка! Идея бабахнуть чем-нибудь для устрашения оказалась не такой уж плохой, но для её реализации требовался один ***. - Где наш наводчик? - Дезертировал, - сообщила спасающаяся от жары и десанта под днищем Геська, - предположительно, в экипаж «Кваса». - Туда ему и дорога, - злорадно улыбнулась Каратистка. - Аминэ здесь? - Внутри, самоходку охраняет. - Отлично! - Танька стукнула кулаком по броне. - Áми! Заряжай! В самоходке что-то загремело, и спустя несколько секунд орудие оглушительно жахнуло. Дети с визгом посыпались с брони и бросились врассыпную. - Вот так-то лучше, - командир с довольным видом отцепила от надгусеничной полки мокрый клочок чьих-то штанов. Камке не спалось. Смутное чувство тревоги не покидало наводчика, хотя вроде бы всё обошлось. Даже Танька, когда они выехали вместе с союзниками показательно бить немцев, ни слова не сказала по поводу его побега. Слева и справа храпели уставшие за день танкисты. Мехвод где-то пропадал. Макс бродил вокруг палатки, изображая часового. Со стороны американского лагеря доносилась музыка и весёлые голоса. Вася вернулся за полночь. Не вполне твёрдо держась на ногах и в обнимку с ящиком, в котором что-то позвякивало, глухо, но мелодично. Это было последнее, что запомнил продрогший и покусанный комарами наводчик СУ-100, прежде чем с головой втянулся под плед и наконец-то смог заснуть. Пробуждение было ужасным. - Вставай, лентяй! - от басовитого рыка Борьки Кирпичникова спящий Камка подскочил и испуганно забился в пледе, но заставить себя подняться так и не смог. Изувера заряжающего это не остановило. Наводчик за ногу был вытащен из палатки, а через мгновение ему на голову обрушилось ведро ледяной воды. Камка с ужасом обнаружил себя на поляне, где экипаж «Кваса» в полном составе построился для утренней зарядки, а спустя несколько минут он пожалел о том, что не умер вчера. Помимо традиционных упражнений, пробежки и растяжки программа физподготовки танкистов включала в себя отработку ударов, подсечек, бросков и других приёмов самозащиты. А в экипаже из пяти человек тренеру отчаянно не хватало добровольца для их демонстрации. На закате дня машины вернулись в родные ангары вместе с измученными, но довольными экипажами. Командир «Кваса» был счастлив, что ему позволили вместе с союзниками от души побить немцев. Мехвод радовался добытому им «ленд-лизовскому» ящику с инструментами. А вот союзники его радости почему-то не разделяли и поздним вечером, дождавшись, пока танкисты переместятся из ангара в казарму, пришли бить Васю. Танька Архарова никогда не стремилась стать командиром самоходки. Но так получилось, что из трусоватого Камки, молчаливой Геськи, которая к тому же оказалась единственной в экипаже с техническим образованием, и полуграмотной Аминэ, выбирать было некого. Мехвод немного задержалась в ангаре и у самого выхода была перехвачена Каратисткой. - Гесь, ты же в мирной жизни технарём была? Девушка насторожилась, как всякий айтишник, юрист или врач, с которого на халяву вознамерились получить консультацию, а то и услугу. К тому же она, хоть и считалась инженером, но железо до этого держала в руках исключительно компьютерное. - Поможешь с радиостанцией разобраться? - перешла в наступление Танька. - Инструкция есть? - обречённо спросила Геська. - В самоходке. Василий понял, что недооценил противника, слишком поздно. Трое «союзников» появились на пороге ангара явно с недобрыми намерениями. Молча они начали заходить на него с разных сторон. - Что за шум, а драки не... - Танька отложила объёмное руководство по эксплуатации и выглянула из командирского люка, - ...ой! Там *** Васю бьют! Два «союзника» держали мехвода за руки, прижав его к борту «Кваса», а третий настойчиво пытался выяснить местонахождение злосчастного ящика. Они были настолько увлечены, что не заметили постороннего присутствия в ангаре. Самоходчицы свалились на незванных гостей сверху, как разъярённые валькирии. От неожиданности нападавшие выпустили жертву. Хоть Вася и не был спортсменом, физический труд и внушительная масса наделили его тяжёлой рукой. Когда подоспела подмога, всё было уже кончено. Один из супостатов с разбитым носом отдыхал в нокауте, на другом с победным видом восседал мехвод, третий прыгал, согнувшись пополам. - ...откуда ж мне знать, where is their f...king toolbox? - развёл руками Вася. - Ладно, запишем утрату армейским способом, - согласился Петрович и неожиданно обратил внимание на Каратистку, старательно выводившую кисточкой на борту СУ-100 кружок с двумя точками. - Татьяна, а зачем ты на самоходке розетку рисуешь? - Это не розетка, а пятак. - Да, ребята, - вздохнул военинженер. - С таким подходом не выйдет у вас каменный цветок... в смысле, дружба народов.

сообщение для не терпеливых : начало главного этапа этого виде в 2:05