До последнего патрона!

FinalJoke · 27 июля, 2012

Попытался описать бой примерно месячной давности.

...Здравствуй, брат! Пишу тебе из бокса. Не бойся, со мной все в порядке, ни царапины. Хотя мы и потерпели ужасное поражение под Эрленбергом. В живых остались только я и ребята...

Помнишь, я в прошлом письме рассказывал тебе про захваченный у противника "Хуммель"? Так вот, он так понравился мне и ребятам! Быстрый, динамичный, хорошо притворяется деревом... Эх, всех достоинств не перечислишь. Теперь только на нем и выезжаем на передовую. Комиссар, конечно, косовато смотрит на товарища старшего лейтенанта, но молчит.

Вчера был дан приказ на рассвете начинать наступление на Эрленберг. Наш корпус должен был прорвать фланг и захватить пункты снабжения врага. И поначалу все шло замечательно! Я спокойно вывел самоходку на заранее намеченную позицию, развернул в сторону предполагаемых порядков противника. Легкие танки торопливо полетели через редколесье на холме. Звягинцев даже успел сделать пару выстрелов, серьезно покорежив Пантерку и какого-то танка с нечитаемым французским названием. Я тихонько сменил позицию, спрятавшись меж двух домов. А наши тяжелые танки и противотанковые самоходные орудия медленно наступали по левому флангу. И правильно, куда торопиться? Легкие танки тем временем решились на авантюру - рвануть прямо по узкой дороге между холмами к вражеским батареям. Они даже успели передать по рации координаты двух из трех установок, одну из которых Звягинцев незамедлительно разнес фугасом, как вдруг связь с разведкой прервалась. И больше они в эфир не выходили...

Быстро, опасаясь вражеского возмездия, я сдал назад, развернул "Шмеля" под сердитое ворчанье Звягинцева, и отъехал от старой позиции метров на 120. Плавно поворачивая рычаги, я напевал:

- К берегу покатится волной

След, что мы оставим за спиной,

Здравствуй, путь морско...

- Прекращай петь, мореман. Возьми немного правее. - Прервал меня бас Тарасова, командира.

И вправду, чего это я. Проехав еще немного, я остановился и развернулся. А на левом фланге...

...А на левом фланге наша атакующая группа попала под обстрел сразу нескольких противотанковых орудий. Два авангардных тяжа задымились сразу же. Из рации понеслись крики "Нужна помощь, у противника серьезное огневое преимущество!", "Поддержите огнем!", "ЗАСАДА-А-А-А!", порой прерывающиеся грохотом или хрипом. Звягинцев торопил заряжающих, еле успевавших делать свою работу. Прогремело еще несколько выстрелов из нашего орудия, одно из которых сожгло американскую прототипную самоходку, другое серьезно повредило ходовую часть Льва. А наша колонна все гибла... Один за другим боевые машины под градом снарядов превращались в дымящие на всю округу кострища. В итоге из нашего корпуса осталось трое - мы, держащийся на последнем издыхании КВ-5 и попавший в окружение отчаявшийся Т-34-85. Прилетевший с холма огромный снаряд оторвал башню храброму танку, до последнего не сдававшегося и ведущего безнадежный огонь по толстой броне противника. Броня КВ-5 еще держалась. Наш радист прошептал в рацию "Не сдавайся, богатырь. Воюй до последнего патрона!"

КВ-5 молча продолжал бой. Наверное, радист его был уже убит... Двумя снарядами огромный тяж разворотил рубку неудачно высунувшейся ЯгдПантеры. Я же решил действовать нагло... Судя по тому, что весь левый фланг провален, сейчас к нам приедут именно оттуда! Выжимая из двигателя "Майбах" все мыслимые лошадки и обороты, я помчался примерно в то место, где раньше стояли вражеские артиллерийские батареи. Мотор тихонько урчал, подвывая на горках. И вот я уже далеко в тылу врага... Меня здесь даже не подумают искать! Раздается голос Звягинцева:

- Стоп машина, вижу ИСУ-152!

Я резко остановился. Корпус Хуммеля слегка качнуло. Звягинцев крутил свои рычаги.

- Ну же, КВ-5, родненький, проживи еще пару секунд... Есть!

Снаряд засвистел в воздухе. Спустя пару секунд Звягинцев радостно прошептал:

- Готов!..

КВ-5 стал поворачивать бащню налево. Наводчик присмотрелся... Королевский Тигр. Прикрикнув на Миронова и Непьяных, тащивших тяжелый снаряд, Звягинцев опять заколдовал над ручками. Заряжающие возвестили о готовности вести огонь... Еще мгновение, и снова выстрел.

- Поджег. Лучше, чем ничего... - Немного грустно протянул Звягинцев.

Тут КВ-5 буквально разорвало. В его башню одновременно попало четыре снаряда. Такое не выдерживают даже богатыри...

- Патронов больше нет, товарищ лейтенант! - С досадой сказал Миронов, приправив реплику парочкой крепких слов.

Старший лейтенант Тарасов спросил:

- Борь, видишь кого-нибудь?

- Никак нет, товарищ стар...

- И я нет... - Прервал Звягинцева командир. - Что ж, братья. Мы сражались до последнего патрона. Булатчиков, полный вперед!

Тяжело вздохнув, я выдавил "Есть." и пустил Хуммель вперед. В голове вертелось что-то вроде "Вставай, страна огромная, вставай на смертный бой! С фашистской силой темною, с проклятою ордой!"

Я старался отгонять от себя эти мысли. По крайней мере, Звезда Героя посмертно нам обеспечена. Вдруг я почувствовал, что меня кто-то пинает. Донеслись крики "ГЛУШИ МОТОР, МАТЬ ТВОЮ! РАЗВОРАЧИВАЙ!". Я остановился и спросил:

- Что такое, товарищ старший лейтенант?

- Смотри сюда!

Командир уступил мне место у триплекса. Развернув машину, я прильнул к триплексу. Стало слышно шум мотора, поднялась пыль. Вторая ударная группа пришла на помощь! Командирский танк передал нам по рации "Возвращайтесь в тыл." И вот я в боксе, успокаиваю напившегося Звягинцева...

Пока, братишка. Скоро увидимся. Надеюсь, не на фронте.

Механик-водитель трофейной самоходной артиллерийской установки "Хуммель" лейтенант Ростислав Михайлов.

Ну, на самом деле там просто вышло время боя. :Smile_veryhappy: