Поиск по сайту

Глава 1. Взгляд из Бездны. «Безнаказанно заглянуть в его глаза может лишь обречённая. Только истинную боль способен почувствовать Спящий. Но будь осторожна, жрица, – его невозможно обмануть, ибо он всегда не один…» Из послания Амалии Мирной своим потомкам. Книга 1, стих 1. 19 мая 7753 г. н. э. Звёздная система Кириот. Планета Шад-тизар. Цитадель клана Теор. - Чушь, - захлопнула священную книгу Сильвана. – Нет никакого Спящего в наших катакомбах! Ропот старческих голосов послышался во тьме. Да, это были слова святотатства. Слова, которые произносила каждая будущая верховная жрица давно забытого людьми культа. Они были так предсказуемы… - Свет! – услышала Сильвана из мрака столь знакомый ей голос. Тьма растворилась в неоновом свете. Мартина де Теор, глава клана, возлежащая на ложе, бросила уставший взгляд на свою старшую дочь. И хотя ей было тридцать пять лет, она могла дать фору любой восемнадцатилетней. Её красота ходила причей воязыце во всех обитаемых мирах. Откинув назад копну рыжих волос, сплетённых в замысловатую причёску, Мартина задала всего один вопрос. Тот самый, что услышала в своё время от своей матери: - А ты готова спуститься в катакомбы и встретиться со своей судьбой? Её рука потянулась к чаше с вином. И хотя она всячески пыталась унять дрожь в руке, чаша предательски расплескала часть своего содержимого. - Да, готова, - кивнула Сильвана, скрестив руки на груди, в знак покорности. Её не смутил ни резкий переход от тьмы к свету, ни сонм самых авторитетных жриц её клана, находившихся в просторном зале Прозрения. – Если он и вправду существует, я хотела бы заглянуть в его глаза. Мартина де Теор сделала всего один глоток. ви но показалось ей пресным. Потом ей представилось, что она отхлебнула пепла самого Везувия. Прелестное лицо верховной жрицы поморщилось. - Ты даже не представляешь, с кем тебе придётся столкнуться, - почти шёпотом произнесла Мартина. – И я молюсь, чтобы ты не пробудила его… Сзади тебя дверь, за ней лифт. Там всего одна кнопка. Нажмёшь её и отправишься прямиком на самый нижний уровень катакомб. От лифта едва сотня шагов вперед и перед тобой будет саркофаг. И… не смотри в его глаза слишком долго. Иди! Верховная жрица потянулась к старой трубке, заполненной запрещённым Конфедерацией табаком. Сильвана поклонилась и встала с корточек. - Всё будет так, как предрешено, - с ухмылкой произнесла девушка древнюю формулу и сделала несколько шагов назад. Затем она развернулась. Двери лифта открылись перед ней… Сон. Повторяющийся сотни раз… И всё же… Я должен его видеть. Да, ничего не изменится. Придёт надменная дева и увидит то, что она должна увидеть. Бесперспективно. Бессмысленно. Потеря времени. Хотя, что для нас их время? Ничто. Как и попытка будущих верховных жриц распознать будущее их собственной расы. Гидравлические двери лифта зашипели. Предвкушение её неприятия реальности – да, это самое приятное в моём бытии… Именно неприятие почти абсолютно предрешенного будущего и есть мой сон. Я услышал тихие, нерешительные, шаги во тьме, ибо я поглощаю любой спектр света. Да, здесь не может быть… яркости. Только отчаянье. Сотни поколений отчаянья. Но эта дева ещё не познала его. Осталось ждать всего пару минут. Учащённое дыхание, частый пульс… Всегда одно и тоже. Её реакцию не трудно предсказать. Наконец-то я увидел ее зелёные глаза. Да, наши взгляды встретились. Телепатия – это способность передавать терабайты информации в наносекунду. Человеческий мозг просто не способен усвоить такой объём информации. Он изначально… обречён. Расширенные зрачки и затаённое дыхание Сильваны – это защитные механизмы человеческого тела. Именно благодаря ему жрицы выживали после моего ментального вмешательства. Сейчас она узнала, кто ждет развязки во тьме гиперпространства, на борту «Нигилиона». В этот миг она увидела все мои сны – от начала и до сего момента. Узнала все причины и следствия… Да, Сильвана де Теор заглянула в бездну. И в тоже время я почувствовал всего одну эмоцию. Нет, это был ни ужас, ни страх… Это было… что-то другое. Удивление – я так давно не чувствовал тебя, погрузившись в глубину математических формул, предопределяющих всё. Но мне было так приятно ощутить тебя. И хотя это чувство радости длилось всего миг, я успел насладиться им сполна. «Почему ты стал Спящим? У тебя ведь был выбор!» - эта чужая, едва ощутимая, мысль заполнила мой разум. Невозможно… Нет, этого просто не может быть. Человеческий разум не может осмыслить весь объём информации, не говоря уже о том, чтобы оперировать им… Я увидел горящую рубку дредноута под названием «Единство». Я даже почувствовал жар, исходящий от дымящихся микросхем Исина – Искусственного Интеллекта. Я снова был там в тот миг своего триумфа. Чужое любопытство извлекало из меня все новые воспоминания. И лишь оказавшись на безжизненной луне Ганешты, я осознал, что искала та, которая не побоялась увидеть дно бездны. Она хотела понять, почему я стал Спящим… Впервые за долгие тысячелетия я первым закрыл глаза. Глава 2. Сад познания. «Когда смотришь на озеро, помни: вода может стать льдом. А лёд обратиться в пар. И пар, однажды, вернется к жидкому состоянию. Придёт время, и вы поймете, что главное - суть, а не форма». Из послания Амалии Мирной своим потомкам. Книга 3, стих 25. Она ушла молча. В ее сознании царил хаос, который слабым эхом отозвался в моём разуме. Сильвана де Теор только начинала понимать, что ей удалось свершить то, чего самозабвенно ждали её предки. И лишь когда двери лифта захлопнулись за спиной девушки, я мог начать полную материализацию. Нити, связывающие меня с бесконечностью, уже обрывались, разрушая ядро Пустоши «Нигилиона». Титановая оболочка саркофага обратилась в пыль, и холодный воздух ворвался в мои легкие. Я стоял во тьме древних катакомб, построенных по моим чертежам. Слева должна была быть спиральная лестница, ведущая наверх, в сад… Яркий свет двух солнц на миг ослепил меня, а теплые капли утреннего ливня обрушились сверху, когда я открыл дверь. Запах эвкалипта приятно защекотал ноздри. Когда глаза адаптировались, я увидел статуи верховных жриц, стоявших по бокам вымощенной белым мрамором тропинки, берущей начало у моих ног. - Дорога подразумевает движение, - донесся женский голос сзади. - Верховная жрица как всегда на шаг впереди остальных, - сказал я, обернувшись. Женщина в белой ритуальной одежде внимательно посмотрела на моё лицо. - Да, ты такой же, как в том видении… Если бы ты знал, сколько мук оно мне принесло. Впрочем, это тебя вряд ли волнует. Для тебя ведь главное - успех твоего заговора, – мрачно улыбнулась она. - Любой, кто приоткрывает завесу тайны над природой времени, погружается в пучину отчаянья. Разве Амалия не предупреждала вас? Ты могла отказаться от поста верховной жрицы, и никакого видения не было бы. Но мы оба: я знаю наверняка, а ты только чувствуешь, что это было предрешено. К чему вся эта лирика, Мартина? А, ты просто жаждешь знать, какая судьба у твоей дочери. Я отвечу тебе, если ты сможешь дать мне ответ на мой вопрос. Итак, чтобы пересечь комнату, сначала нужно преодолеть половину пути. Но затем нужно преодолеть половину того, что осталось, затем половину того, что осталось после этого, и так далее. Это деление пополам будет продолжаться до бесконечности, из чего можно сделать вывод, что нам никогда не удастся пересечь комнату. Вопрос: почему ты знаешь, что комнату пересечь можно? Мартина закрыла глаза и глубоко вздохнула. Затем она склонила голову, скрестила руки на груди и тихо произнесла: - Прошу простить меня, Спящий. Я забылась. - Само существование Спящих парадоксально. Объяснять что-либо тебе сейчас – бессмысленная трата времени. Скажу лишь одно – если кто и может всё уравновесить – так это люди. - Что касается вопроса о комнате: её вообще можно не пересекать, - вдруг сказала верховная жрица, посмотрев прямо в мои глаза. - А разве дорога не подразумевает движения? - Мои собственные слова… Ты знал все наперёд. И вопрос ты задал соответствующий… Я, действительно, забыла кто ты, Лирн. Но даже ты не можешь справиться без помощи восемнадцатилетней девушки, которая ещё жизни не видела? Она не фигура на твоей шахматной доске, Спящий! И я не хочу ей вашей судьбы! Она достала из рукава импульсный пистолет. В её глазах я прочёл отчаянье и страх. Она так боялась за свою дочь, что готова была пойти на всё. Я посмотрел вверх. Пунцовое небо так красиво. - Это невозможно… Только спустив курок, она узнала, что генератор пистолета разряжен. - Если бы меня можно было так легко убить, Спящих бы уже не существовало. Мартина, есть вещи, перед которыми бессильны и люди, и Спящие. Кто-то предпочтёт всё упростить и пожать плечами. А кто-то, вроде нас с тобой, предпочтёт действовать. - Сегодня вечером Сильвану посвятят в верховные жрицы. А завтра утром она готова будет отправиться в путь и выполнить предначертанное. А пока покинь это место. Жди её на рассвете у больших врат, - безжизненным голосом заявила она. Я развернулся и пошёл по вымощенной белым мрамором тропинке. На меня с высоких постаментов взирали безжизненные глаза статуй тех, кто когда-то спускался в катакомбы, чтобы узнать свою судьбу. Завтра их преемница, зачем мне понадобились тысячелетия их отчаянья…