Поиск по сайту

Происхождение японского императорского дома окутано странностями, легендами и предрассудками. Вот хотя бы один удивительный факт: правящая династия не прерывалась в течение, по крайней мере, полутора тысяч лет. Другой факт: в отличие от европейских монархов, в отличие от всех остальных японских семей, домов, кланов и родов, императорский дом не имеет фамилии - вещь немыслимая для Европы. Положение правящего дома в Японии было настолько своеобычно и прочно, что никакой фамилии ему попросту не требовалось. С середины VII в. японские императоры приняли на себя титул тэнно (небесный правитель) и во всех обращениях от имени императора стала фигурировать фраза, что он «правит миром, будучи воплощением божества». Император Тэмму, истовый поборник божественного происхождения страны и своих предков, впервые ввел для страны название Ниппон, включающее иероглиф «солнце». Безусловно положение императора как наследника богов по прямой линии способствовало стабильности династии. С другой стороны, статус императора как своеобразного верховного жреца традиционной японской религии Синто («путь богов») отнюдь не предусматривал, что он должен обязательно обладать реальной политической властью. И действительно, нынешняя ситуация, когда японский император, окруженный всяческим почетом, не имеет ровным счетом никакого влияния на принятие политических решений, отнюдь не является исключением. Скорее наоборот - в таком положении находилось и большинство его предков. Уже ранние императоры фактически были марионетками в руках своих канцлеров, а с XII в. возникла система наследственных главнокомандующих (сёгунов), к которым реально и перешла верховная власть в стране.. Сёгуна можно было свергнуть, заставить отречься от престола, разгромить в бою. Император был выше этого. Император жил в своем роскошном дворце, которого многие монархи не покидали ни разу за всю жизнь, он был окружен максимальным комфортом, но при этом обычно не имел никакого отношения к реальной политике. В 1868 г. группа радикальных реформаторов решила отстранить от власти династию сёгунов Токугава, которую они считали коррумпированной, оторвавшейся от реальности и неспособной к проведению реформ. Эти молодые самураи выдвинули лозунг, который к тому времени уже был опробован многими оппозиционными публицистами: «Власть - императору!». Реформаторы подняли восстание, их части заняли Киото, в котром тогда находился императорский дворец, и под их давлением император Муцухито, только что взошедший на престол 15-летний подросток, объявил о том, что берет в свои руки всю полноту власти в стране. Так началась «реставрация Мэйдзи («Мэйдзи», то есть «просвещенное управление» - девиз правления императора Муцухито, японские императоры обычно именуются по девизам правления или же по своим личным именам). Реформы оказались действительно радикальными и на удивление успешными. В кратчайшие сроки, за каких-нибудь 15-20 лет, Япония превратилась в современную развитую державу. Была создана первоклассная промышленность, образование, финансовые структуры, введена написанная по прусскому образцу конституция, основаны мощная армия и флот. Успех реформ во многом означал и успех монархии, которая теперь для японцев ассоциировалась с преобразованиями и победами. Внешние формы японской жизни были основательно европеизированы. Относилось это и к внешней стороне монархии. После реставрации (или, как она часто называется, революции) Мэйдзи в своей внешней, ритуально-протокольно-костюмной стороне монархия отказалась от традиций, некогда заимствованных из Китая времен династии Тан (VII-X вв. н.э.), и в целом перешла к традициям, заимствованным из Европы тех лет. Императоры стали одеваться в мундиры с саблями и эполетами, появляться на людях, встречаться с иностранными дипломатами, давать приемы, принимать парады и ездить верхом. Однако эта новая оболочка была столь же внешней, как и предшествовавшая ей оболочка китайская. Суть концепции императорской власти и обоснования ее легитимности оставались неизменными. Император был по-прежнему потомком солнечной богини и верховным жрецом национальной религии, а также несменяемым символом Японии. В новых условиях осталась неизменной и другая вековая традиция - политическая пассивность императора. В большинстве случаев он просто автоматически утверждал решения, приготовленные реальными правителями страны. До конца XIX века таковыми являлись организаторы революции Мэйдзи, потом им на смену пришли руководители политических партий, а с конца 1920-х гг. решающую роль стал играть генералитет и ультранационалистическое офицерство. Декларации преданности императору были вполне искренними, и свою готовность отдать жизнь за императора порою демонстрировали даже самые, казалось бы, прожженные и циничные политиканы. В то же самое время «император», в верности которому клялись японцы, был не столько человеком, сколько живым символом Империи. Реальным руководителем империи монарх, несмотря на свою теоретически огромную власть, так и не стал. В 1945 г. Япония проиграла войну. К тому времени на престоле находился император Хирохито (1901-1989, девиз правления «Сёва»), правление которого началось в 1926 г. и продолжалось 63 года. , Одним из важнейших (фактически - единственным) условием капитуляции Японии была неприкосновенность императора, которого американцы тогда собирались судить как «военного преступника», и сохранение в Японии императорской династии. В конце концов американцы были вынуждены намекнуть на то, что династия будет сохранена. В своем письме, переданном через нейтральные посольства, госсекретарь Бирнс заявил, что «форма правления в Японии будет выбрана в соответствии со свободно выраженной волей японского народа». После получения этого полу-обещания, Япония капитулировала, о чем император и объявил в своем знаменитом выступлении по радио 15 августа 1945 г. С 1945 г. началась новая история японской монархии. Американцы, которые до 1952 г. формально управляли Японией, постарались, с одной стороны, снять с Хирохито ответственность за военные преступления (о некоторой относительности термина «военные преступления» мы здесь говорить не будем), а с другой - демистифицировать монархию и демократизировать ее. В обмен на обещание не отдавать Хирохито под суд, он согласился выступить с заявлением, в котором публично отказывался от своего божественного происхождения. Это заявление во многом ослабило те особые отношения, которые с незапамятных времен существовали между императорской династией и религией синто. Составленная в штабе оккупационных войск и переведенная на японский конституция 1947 г. в Статье 1 провозгласила императора «символом государства и единства народа», но не предусмотрела для него никаких обязанностей - кроме чисто ритуальных, вроде открытия очередной сессии парламента. Последующие полвека Хирохито, оставшийся «символом государства», вел довольно замкнутый образ жизни, занимаясь в основном морской биологией, в которой со временем получил мировое признание. Вообще интерес к биологии характерен для императорской семьи, многие члены которой «в миру» являются биологами (нынешний император Акихито - ихтиолог, автор 25 научных статей). В 1989 г. Хирохито скончался, и на Хризантемовый трон вступил его сын Акихито. Нынешний японский император родился в 1933 г. и учился на экономическом факультете Университета Гакусюин, в котором по традиции получали образование японские аристократы. В 1959 г. наследник престола женился на Сёда Митико. Брак этот наделал немало шуму, так как избранница Акихито не была аристократкой. Дочь богатого предпринимателя, мультимиллионера, она с точки зрения традиционалистов была всего лишь простолюдинкой. Ее род не принадлежал ни к старым, тысячелетним родам, женщины из которых по традиции становились женами императоров, ни даже к «новой» аристократии, которая получила титулы европейского образца во второй половине XIX столетия. Вдобавок, Акихито, который часто встречался с Митико, играя в теннис, сам выбрал в ее качестве кандидатки - и стал первым за многие века императором, который сам выбрал себе жену (выбор, конечно, утверждала специальная комиссия).