anonym_kwR5s2RaQb23

Учёл.

Три года - не плохая выдержка для новеллы.

Да, это я) Полагаю я имею право распоряжаться плодом своей фантазии.

Серый туман навис над городом. Мертвым городом. Городом призраков... городом жертв биохимического оружия. Они всё-таки сбросили бомбу с вирусом Аш-14 на затерянный в тайге научный центр. А ведь когда-то этот город называли Городом Ученых. Теперь здесь братская могила. Единственные выжившие здесь я... ну и объект 087. Наш экспериментальный объект 087 с седыми волосами, хотя ей не было и двадцати. Да, она наша гордость, наша последняя надежда... Точнее, моя последняя надежда. Больше нет никого, кто мог бы гордиться ею... А ведь мы так и не успели провести испытание в полевых условиях. Хотя... - Знаешь, я ненавижу эту войну... И ненавижу тех животных, которые отдали приказ уничтожить этот город! Да, я ненавижу этот несовершенный мир, где люди лишь страдают. И не важно, кто победит в этой проклятой войне, она все равно станет последней. Знаешь, а ты можешь все изменить... Успокоить это неистовствующее чудовище под названием Человечество. И я горжусь тобой - сегодня я в последний раз попрошу тебя перейти грань, - я обернулся и посмотрел на нее. С виду обычная девушка с красивой внешностью. Вот только взгляда её зелёных глаз никто не мог вынести. Но сейчас на ее уставшем лице не было заметно даже малейшего волнения. Похоже она ненавидела нас не меньше, ведь мы создали ее - это совершенное, чудовищное оружие - способное наращивать недавно открытые нами альфа-волны мозга. Источник же ее энергии бесконечен - это темная материя самой Вселенной. - Ты прости, если что-то было не так. У всех нас просто не было выбора - либо мы, либо они... - Вы хорошо относились ко мне, доктор. Мне не на что обижаться... Район заражения растет. Что мне делать? Очистить? - ее тихий голос вернул меня к реальности. - Сейчас ты очистишь... очистишь этот жестокий человеческий мир! Раз и навсегда! - Люди не все жестокие. Вы не жестокий, - все так же тихо произнесла она, как-то странно посмотрев на меня. Я отвел взгляд. - Ты меня плохо знаешь. Мы... я создал тебя для того, чтобы весь мир дрожал перед нашей Родиной... которой для меня больше нет, ведь всё, что она олицетворяла - лежит там, в сером тумане. И сегодня, ты сможешь пойти погулять... куда захочешь. Больше не будет ограничений, приказов, боли. Только свобода и мертвый, безжизненный мир твоих безумных, глупых создателей. - И я смогу погулять в саду?! - вдруг сорвался ее голос. Ее тело задрожало, а на лице появилась улыбка. Сад? Почему он так ей дорог? Я посадил его специально для нее, чтобы она могла хоть как-то отдыхать, в промежутках между экспериментами.. Но я не думал, что он способен пробудить в ней хоть что-то. Оружие не должно было испытывать эмоций. Хотя... она тоже человек, пусть и с измененной ДНК. Я всегда видел в ней наш последний козырь в мировой войне, но не умудрился увидеть в ней человека. Как печальна моя глупость... - Да, ты сможешь погулять в саду. Но перед этим я попрошу тебя в последний раз испытать боль - я хочу что бы ты раскрыла альфа-поле на полную мощность, - попросил я, сжав кулаки. - Поняла. Поражающая зона превысит пятнадцать тысяч километров. Разрушительность утверждена на максимум. Ожидаю приказа начать эмуляцию Большого Взрыва, - в ее голосе зазвенели стальные нотки. Теперь она стала тем, кем и была - оружием массового поражения, точнее... оружием абсолютного поражения. Цель - человечество. И точка. - Минутная готовность, - ухмыльнулся я, посмотрев на солнце. Как жаль, что ты мертв, Шекспир, ты пропустил такую трагедию! Но хватит, я хочу, чтобы извечная борьба добра и зла прекратилась на этой богом забытой планете. Ее шаги нарушили одинокий вой ветра. Ее руки обвили мою шею. Ее дыхание обожгло мне щеку. И что-то мокрое капнуло на мою форму. - Я не могу убить Вас. Не хочу. Не хочу, слышите? - она рыдала. Мое оружие плакало! Нет, я не вынесу этого безумия! - А чего ты хочешь? Ты всего лишь оружие. Ты всего лишь объект 087! Выполнять приказ! - закричал я. - Я хочу гулять по саду вместе с тобой, Создатель... Зачем мне тот сад без тебя?! - закричала в ответ она. - Невозможно. Ты же не должна ничего чувствовать! Мы же специально вытравили из тебя все человеческое! Оружие не должно думать! - Я... я... выполню приказ, но ты не умрешь, Создатель... Я уже синхронизировалась с альфа-волнами твоего мозга. Все будет так, как мы оба хотим. Этот мир очиститься, но и я смогу гулять с тобой по саду. Ты еще не знаешь, как там хорошо... Минутная готовность, - вздохнула она, почти повиснув у меня на шее. Сейчас она накапливает огромную энергию. Потом... потом не будет ничего. Вряд ли она сможет управлять таким объемом энергии с хирургической точностью. Все равно ведь зацепит меня. - Хорошо, пусть будет так, - улыбнулся я, всматриваясь в ее лицо - Пусть будет по-нашему. Она закрыла глаза, почти шепотом отсчитывая секунды. У меня в руках было такое красивое оружие... такое красивое... - Пять, четыре, три... я люблю тебя, Создатель, - были ее последние слова. Мозг заполнила невыносимая боль. Мир исказился и был лишь один цвет - алый... алый до безумия. Потом наступила тьма... Я сидел в центре сада, выращенного мной, а объект 087... Нет, Ева... Да, именно Ева, лежала рядом, всматриваясь в алое небо. Не знаю как, но я выжил... А мое абсолютное оружие... улыбалась, смотря на красное солнце. Она верила в мудрость своего Создателя. Придется и мне поверить в себя...

Глава 2. Сад познания. «Когда смотришь на озеро, помни: вода может стать льдом. А лёд обратиться в пар. И пар, однажды, вернется к жидкому состоянию. Придёт время, и вы поймете, что главное - суть, а не форма». Из послания Амалии Мирной своим потомкам. Книга 3, стих 25. Она ушла молча. В ее сознании царил хаос, который слабым эхом отозвался в моём разуме. Сильвана де Теор только начинала понимать, что ей удалось свершить то, чего самозабвенно ждали её предки. И лишь когда двери лифта захлопнулись за спиной девушки, я мог начать полную материализацию. Нити, связывающие меня с бесконечностью, уже обрывались, разрушая ядро Пустоши «Нигилиона». Титановая оболочка саркофага обратилась в пыль, и холодный воздух ворвался в мои легкие. Я стоял во тьме древних катакомб, построенных по моим чертежам. Слева должна была быть спиральная лестница, ведущая наверх, в сад… Яркий свет двух солнц на миг ослепил меня, а теплые капли утреннего ливня обрушились сверху, когда я открыл дверь. Запах эвкалипта приятно защекотал ноздри. Когда глаза адаптировались, я увидел статуи верховных жриц, стоявших по бокам вымощенной белым мрамором тропинки, берущей начало у моих ног. - Дорога подразумевает движение, - донесся женский голос сзади. - Верховная жрица как всегда на шаг впереди остальных, - сказал я, обернувшись. Женщина в белой ритуальной одежде внимательно посмотрела на моё лицо. - Да, ты такой же, как в том видении… Если бы ты знал, сколько мук оно мне принесло. Впрочем, это тебя вряд ли волнует. Для тебя ведь главное - успех твоего заговора, – мрачно улыбнулась она. - Любой, кто приоткрывает завесу тайны над природой времени, погружается в пучину отчаянья. Разве Амалия не предупреждала вас? Ты могла отказаться от поста верховной жрицы, и никакого видения не было бы. Но мы оба: я знаю наверняка, а ты только чувствуешь, что это было предрешено. К чему вся эта лирика, Мартина? А, ты просто жаждешь знать, какая судьба у твоей дочери. Я отвечу тебе, если ты сможешь дать мне ответ на мой вопрос. Итак, чтобы пересечь комнату, сначала нужно преодолеть половину пути. Но затем нужно преодолеть половину того, что осталось, затем половину того, что осталось после этого, и так далее. Это деление пополам будет продолжаться до бесконечности, из чего можно сделать вывод, что нам никогда не удастся пересечь комнату. Вопрос: почему ты знаешь, что комнату пересечь можно? Мартина закрыла глаза и глубоко вздохнула. Затем она склонила голову, скрестила руки на груди и тихо произнесла: - Прошу простить меня, Спящий. Я забылась. - Само существование Спящих парадоксально. Объяснять что-либо тебе сейчас – бессмысленная трата времени. Скажу лишь одно – если кто и может всё уравновесить – так это люди. - Что касается вопроса о комнате: её вообще можно не пересекать, - вдруг сказала верховная жрица, посмотрев прямо в мои глаза. - А разве дорога не подразумевает движения? - Мои собственные слова… Ты знал все наперёд. И вопрос ты задал соответствующий… Я, действительно, забыла кто ты, Лирн. Но даже ты не можешь справиться без помощи восемнадцатилетней девушки, которая ещё жизни не видела? Она не фигура на твоей шахматной доске, Спящий! И я не хочу ей вашей судьбы! Она достала из рукава импульсный пистолет. В её глазах я прочёл отчаянье и страх. Она так боялась за свою дочь, что готова была пойти на всё. Я посмотрел вверх. Пунцовое небо так красиво. - Это невозможно… Только спустив курок, она узнала, что генератор пистолета разряжен. - Если бы меня можно было так легко убить, Спящих бы уже не существовало. Мартина, есть вещи, перед которыми бессильны и люди, и Спящие. Кто-то предпочтёт всё упростить и пожать плечами. А кто-то, вроде нас с тобой, предпочтёт действовать. - Сегодня вечером Сильвану посвятят в верховные жрицы. А завтра утром она готова будет отправиться в путь и выполнить предначертанное. А пока покинь это место. Жди её на рассвете у больших врат, - безжизненным голосом заявила она. Я развернулся и пошёл по вымощенной белым мрамором тропинке. На меня с высоких постаментов взирали безжизненные глаза статуй тех, кто когда-то спускался в катакомбы, чтобы узнать свою судьбу. Завтра их преемница, зачем мне понадобились тысячелетия их отчаянья…

Что касается логики: во Властелине колец Гендальф должен был сесть на орла, долететь до той самой горы в Мордоре и просто бросить кольцо в лаву. Все ведь так просто и логично. И я не совсем понимаю, почему все так акцентируют внимание на поглощении света? Но я же не написал, что он поглощал звук. Услышать шаги он мог. Спасибо за внимание и плюс.

Это проба пера. Я не профи. Что касается физического поглощения света... червоточен, видимо, не существует) Пожму плечами. Сильвана девушка - любопытство просто победило в ней изначальный скепсис. Что касается слуха...по-вашему, в саркофаге только глаза? Бедный Лирн)

Приоткрою вам завесу тайны - во Вселенной и во времени, где он родился, имена давались на основе фонетической "красоты", зачастую не несущей какого-либо значения.

Почитайте "Обитаемый Остров". Уверен, Вам понравится. Однако Спящие не стремятся перестроить Вселенную под себя. У них другое предназначение.

Спешу вас успокоить: в моей галактике никто не доминирует. Люди не спешат колонизировать новые миры - им хватает проблем в уже колонизированных. Что касается имен - к какой национальности вы отнесёте имя Лирн?) Его попросту не существует.

Фантастика не имеет национальности. Мартина имя французское, Сильвана - латинское. Да, они не русские - но я не вижу в этом проблемы. Читайте о попаденцах - там всегда наши имена...

А с чего вы взяли, что в 78 веке в звёздной системе Кириот доминирует русскоязычное население? Откуда такая инфа?) Я не против нашенских имен, но не во всей же галактике... имейте совесть, сударь)

Просто мне всегда хотелось написать космическую оперу в духе Гамильтона. Рассмотреть не описанные ещё вариации.

И где я скопипастил?)

Глава 1. Взгляд из Бездны. «Безнаказанно заглянуть в его глаза может лишь обречённая. Только истинную боль способен почувствовать Спящий. Но будь осторожна, жрица, – его невозможно обмануть, ибо он всегда не один…» Из послания Амалии Мирной своим потомкам. Книга 1, стих 1. 19 мая 7753 г. н. э. Звёздная система Кириот. Планета Шад-тизар. Цитадель клана Теор. - Чушь, - захлопнула священную книгу Сильвана. – Нет никакого Спящего в наших катакомбах! Ропот старческих голосов послышался во тьме. Да, это были слова святотатства. Слова, которые произносила каждая будущая верховная жрица давно забытого людьми культа. Они были так предсказуемы… - Свет! – услышала Сильвана из мрака столь знакомый ей голос. Тьма растворилась в неоновом свете. Мартина де Теор, глава клана, возлежащая на ложе, бросила уставший взгляд на свою старшую дочь. И хотя ей было тридцать пять лет, она могла дать фору любой восемнадцатилетней. Её красота ходила причей воязыце во всех обитаемых мирах. Откинув назад копну рыжих волос, сплетённых в замысловатую причёску, Мартина задала всего один вопрос. Тот самый, что услышала в своё время от своей матери: - А ты готова спуститься в катакомбы и встретиться со своей судьбой? Её рука потянулась к чаше с вином. И хотя она всячески пыталась унять дрожь в руке, чаша предательски расплескала часть своего содержимого. - Да, готова, - кивнула Сильвана, скрестив руки на груди, в знак покорности. Её не смутил ни резкий переход от тьмы к свету, ни сонм самых авторитетных жриц её клана, находившихся в просторном зале Прозрения. – Если он и вправду существует, я хотела бы заглянуть в его глаза. Мартина де Теор сделала всего один глоток. ви но показалось ей пресным. Потом ей представилось, что она отхлебнула пепла самого Везувия. Прелестное лицо верховной жрицы поморщилось. - Ты даже не представляешь, с кем тебе придётся столкнуться, - почти шёпотом произнесла Мартина. – И я молюсь, чтобы ты не пробудила его… Сзади тебя дверь, за ней лифт. Там всего одна кнопка. Нажмёшь её и отправишься прямиком на самый нижний уровень катакомб. От лифта едва сотня шагов вперед и перед тобой будет саркофаг. И… не смотри в его глаза слишком долго. Иди! Верховная жрица потянулась к старой трубке, заполненной запрещённым Конфедерацией табаком. Сильвана поклонилась и встала с корточек. - Всё будет так, как предрешено, - с ухмылкой произнесла девушка древнюю формулу и сделала несколько шагов назад. Затем она развернулась. Двери лифта открылись перед ней… Сон. Повторяющийся сотни раз… И всё же… Я должен его видеть. Да, ничего не изменится. Придёт надменная дева и увидит то, что она должна увидеть. Бесперспективно. Бессмысленно. Потеря времени. Хотя, что для нас их время? Ничто. Как и попытка будущих верховных жриц распознать будущее их собственной расы. Гидравлические двери лифта зашипели. Предвкушение её неприятия реальности – да, это самое приятное в моём бытии… Именно неприятие почти абсолютно предрешенного будущего и есть мой сон. Я услышал тихие, нерешительные, шаги во тьме, ибо я поглощаю любой спектр света. Да, здесь не может быть… яркости. Только отчаянье. Сотни поколений отчаянья. Но эта дева ещё не познала его. Осталось ждать всего пару минут. Учащённое дыхание, частый пульс… Всегда одно и тоже. Её реакцию не трудно предсказать. Наконец-то я увидел ее зелёные глаза. Да, наши взгляды встретились. Телепатия – это способность передавать терабайты информации в наносекунду. Человеческий мозг просто не способен усвоить такой объём информации. Он изначально… обречён. Расширенные зрачки и затаённое дыхание Сильваны – это защитные механизмы человеческого тела. Именно благодаря ему жрицы выживали после моего ментального вмешательства. Сейчас она узнала, кто ждет развязки во тьме гиперпространства, на борту «Нигилиона». В этот миг она увидела все мои сны – от начала и до сего момента. Узнала все причины и следствия… Да, Сильвана де Теор заглянула в бездну. И в тоже время я почувствовал всего одну эмоцию. Нет, это был ни ужас, ни страх… Это было… что-то другое. Удивление – я так давно не чувствовал тебя, погрузившись в глубину математических формул, предопределяющих всё. Но мне было так приятно ощутить тебя. И хотя это чувство радости длилось всего миг, я успел насладиться им сполна. «Почему ты стал Спящим? У тебя ведь был выбор!» - эта чужая, едва ощутимая, мысль заполнила мой разум. Невозможно… Нет, этого просто не может быть. Человеческий разум не может осмыслить весь объём информации, не говоря уже о том, чтобы оперировать им… Я увидел горящую рубку дредноута под названием «Единство». Я даже почувствовал жар, исходящий от дымящихся микросхем Исина – Искусственного Интеллекта. Я снова был там в тот миг своего триумфа. Чужое любопытство извлекало из меня все новые воспоминания. И лишь оказавшись на безжизненной луне Ганешты, я осознал, что искала та, которая не побоялась увидеть дно бездны. Она хотела понять, почему я стал Спящим… Впервые за долгие тысячелетия я первым закрыл глаза. Глава 2. Сад познания. «Когда смотришь на озеро, помни: вода может стать льдом. А лёд обратиться в пар. И пар, однажды, вернется к жидкому состоянию. Придёт время, и вы поймете, что главное - суть, а не форма». Из послания Амалии Мирной своим потомкам. Книга 3, стих 25. Она ушла молча. В ее сознании царил хаос, который слабым эхом отозвался в моём разуме. Сильвана де Теор только начинала понимать, что ей удалось свершить то, чего самозабвенно ждали её предки. И лишь когда двери лифта захлопнулись за спиной девушки, я мог начать полную материализацию. Нити, связывающие меня с бесконечностью, уже обрывались, разрушая ядро Пустоши «Нигилиона». Титановая оболочка саркофага обратилась в пыль, и холодный воздух ворвался в мои легкие. Я стоял во тьме древних катакомб, построенных по моим чертежам. Слева должна была быть спиральная лестница, ведущая наверх, в сад… Яркий свет двух солнц на миг ослепил меня, а теплые капли утреннего ливня обрушились сверху, когда я открыл дверь. Запах эвкалипта приятно защекотал ноздри. Когда глаза адаптировались, я увидел статуи верховных жриц, стоявших по бокам вымощенной белым мрамором тропинки, берущей начало у моих ног. - Дорога подразумевает движение, - донесся женский голос сзади. - Верховная жрица как всегда на шаг впереди остальных, - сказал я, обернувшись. Женщина в белой ритуальной одежде внимательно посмотрела на моё лицо. - Да, ты такой же, как в том видении… Если бы ты знал, сколько мук оно мне принесло. Впрочем, это тебя вряд ли волнует. Для тебя ведь главное - успех твоего заговора, – мрачно улыбнулась она. - Любой, кто приоткрывает завесу тайны над природой времени, погружается в пучину отчаянья. Разве Амалия не предупреждала вас? Ты могла отказаться от поста верховной жрицы, и никакого видения не было бы. Но мы оба: я знаю наверняка, а ты только чувствуешь, что это было предрешено. К чему вся эта лирика, Мартина? А, ты просто жаждешь знать, какая судьба у твоей дочери. Я отвечу тебе, если ты сможешь дать мне ответ на мой вопрос. Итак, чтобы пересечь комнату, сначала нужно преодолеть половину пути. Но затем нужно преодолеть половину того, что осталось, затем половину того, что осталось после этого, и так далее. Это деление пополам будет продолжаться до бесконечности, из чего можно сделать вывод, что нам никогда не удастся пересечь комнату. Вопрос: почему ты знаешь, что комнату пересечь можно? Мартина закрыла глаза и глубоко вздохнула. Затем она склонила голову, скрестила руки на груди и тихо произнесла: - Прошу простить меня, Спящий. Я забылась. - Само существование Спящих парадоксально. Объяснять что-либо тебе сейчас – бессмысленная трата времени. Скажу лишь одно – если кто и может всё уравновесить – так это люди. - Что касается вопроса о комнате: её вообще можно не пересекать, - вдруг сказала верховная жрица, посмотрев прямо в мои глаза. - А разве дорога не подразумевает движения? - Мои собственные слова… Ты знал все наперёд. И вопрос ты задал соответствующий… Я, действительно, забыла кто ты, Лирн. Но даже ты не можешь справиться без помощи восемнадцатилетней девушки, которая ещё жизни не видела? Она не фигура на твоей шахматной доске, Спящий! И я не хочу ей вашей судьбы! Она достала из рукава импульсный пистолет. В её глазах я прочёл отчаянье и страх. Она так боялась за свою дочь, что готова была пойти на всё. Я посмотрел вверх. Пунцовое небо так красиво. - Это невозможно… Только спустив курок, она узнала, что генератор пистолета разряжен. - Если бы меня можно было так легко убить, Спящих бы уже не существовало. Мартина, есть вещи, перед которыми бессильны и люди, и Спящие. Кто-то предпочтёт всё упростить и пожать плечами. А кто-то, вроде нас с тобой, предпочтёт действовать. - Сегодня вечером Сильвану посвятят в верховные жрицы. А завтра утром она готова будет отправиться в путь и выполнить предначертанное. А пока покинь это место. Жди её на рассвете у больших врат, - безжизненным голосом заявила она. Я развернулся и пошёл по вымощенной белым мрамором тропинке. На меня с высоких постаментов взирали безжизненные глаза статуй тех, кто когда-то спускался в катакомбы, чтобы узнать свою судьбу. Завтра их преемница, зачем мне понадобились тысячелетия их отчаянья…