anonym_HGOEHwX3Ww8l

Нечто подобное я попробовал предложить, но мой пост так и не пропустили, поэтому выложу его тут: Первым делом, хочется поблагодарить разработчиков игры, удовольствие доставили немалое. Особо хочется отметить качество и баланс геймплея, редкое явление в современных играх. Как всегда, когда видишь добротную вещь, появляется желание её улучшить, поэтому не сочтите мои пожелания за недовольство игрой, ни сколько нет, только лишь желание чтобы хорошее стало ещё лучше. В конце концов, любой проект имеет шансы держатся на волне интереса до тех пор пока удивляет всех новыми решениями. 1. В режиме выбора сражения было бы интересно и азартно иметь возможность делать ставки на себя (на победу), таким образом формируя призовой фонд битвы, достающийся победителю и распределяемый в соответствии с заслугами. 2. В качестве дополнительного режима боя было бы интересен вариант, при котором распределение по командам автоматически происходит в соответствии с национальной принадлежностью используемой техники. Всё же интереснее воевать с техникой исторического противника. Я даже несколько удивлён, почему этого нет, ибо представить большую дичь, нежели танковая мультикультурная свалка, право, сложно. Ведь война на то и война, что одна нация воюет с другой. В случае наличия кого-либо дисбаланса, что вполне нормально в боевой обстановке, можно распределение плюшек сдвинуть в пользу более слабой стороны, что придаст игре опять же больше задора. Кроме того национальный фильтр предлагается ввести как дополнительный режим, типа для особых хардкорщиков. Возможно в этом режиме для пущего реализма было бы интересно убирать цветовые метки свой-чужой. Это придало бы бою бОльшую реалистичность и напряжённость. Историчность можно ввести отдельным дополнительным фильтром к фильтру по национальности. А все вопросы дисбаланса, опять же решать дополнительными наградами тем кто в заведомо худшем раскладе. 3. В дереве технологий была бы интересна возможность переделки своего танка в САУ, в соответствии с исторически используемыми шасси. 4. В качестве дополнительной характеристики к оборудованию было бы вполне исторично ввести параметр «качество» напрямую влияющее на надёжность и работоспособность детали в бою, правда данные на эти детали придётся поискать, но отчасти тенденцию можно скореллировать исходя из национальной принадлежности танка. К примеру: для переключения скоростей в танке КВ-2 использовалась кувалда. Таким образом от циферок ТТХ на бумаге будет переброшен мостик в реальность. 5. Есть смысл сделать ландшафтную поверхность более приближенной к реальности. Чтобы в болоте можно было глубоко завязнуть, что бы в реке утонуть, а с горной дороги слететь в пропасть. 6. По настоящему захватывающей и азартной игра становится тогда, когда есть возможность не только приобретать, но и ощутимо терять, в случае поражения. Это добавит в игру нешуточной страсти, нежели в том случае когда поражение сводится лишь к мизерным прибылям. Поражение должно вести к потерям, тогда это не даст спать. Предварительное обсуждение было тут: http://rusmnb.ru/ind...p?topic=14575.0

Спасибо, качаю.

О том что совковая техника была совершенно отстойной, говорит и тот факт, что из 17.000 захваченных в 1941м году танков (исправных), немцы использовали только около 300. Хотя танки других стран применяли очень активно. Одной из причин были крайне убогие движки, сжиравшие неимоверное количество бензина, низкое качество стали, использование литья, вместо проката и ковки, повышенное задымление боевого отделения работающим двигателем (из-за постоянно открытых люков, Т-43 немцы прозвали Микки-маусом) и прочие прелести совкового производства. Думаю нет нужды рассказывать о том какого качества всегда были русские технические поделки, думаю владельцы отечественных автомобилей меня поймут. Жаль что это не учтено в игре. А то совковые убер-танки уже задолбали, у совков только на бумаге было всё хорошо, да в комсомольских речёвках.

У Резуна всё дельно, но пристрастно. И самое главное он не учитывает человеческого фактора, большинство проблем совков - это прежде всего низкое качество человеческого материала. После большевистской резни в гражданскую, после "подвигов" Тухачевского по Тамбовом, после гибели всех русских, в ком было хоть что-то человеческое, ожидать от оставшейся быдлоидной массы победившего пролетариата, чего-либо дельного не приходится. Не будь НКВД и прочих "вдохновителей пебеды", разбежалась бы вся эта масса как в 41м.

На самом деле вопрос не в этом. Вот что пишет автор: "Поразительная разница существует между передовой, где льется кровь, где страдание, где смерть, где не поднять головы под пулями и осколками, где голод и страх, непосильная работа, жара летом, мороз зимой, где и жить-то невозможно, — и тылами. Здесь, в тылу, другой мир. Здесь находится начальство, здесь штабы, стоят тяжелые орудия, расположены склады, медсанбаты. Изредка сюда долетают снаряды или сбросит бомбу самолет. Убитые и раненые тут редкость. Не война, а курорт! Те, кто на передовой — не жильцы. Они обречены. Спасение им — лишь ранение. Те, кто в тылу, останутся живы, если их не переведут вперед, когда иссякнут ряды наступающих. Они останутся живы, вернутся домой и со временем составят основу организаций ветеранов. Отрастят животы, обзаведутся лысинами, украсят грудь памятными медалями, орденами и будут рассказывать, как геройски они воевали, как разгромили Гитлера. И сами в это уверуют! Они-то и похоронят светлую память о тех, кто погиб и кто действительно воевал! Они представят войну, о которой сами мало что знают, в романтическом ореоле. Как все было хорошо, как прекрасно! Какие мы герои! И то, что война — ужас, смерть, голод, подлость, подлость и подлость, отойдет на второй план. Настоящие же фронтовики, которых осталось полтора человека, да и те чокнутые, порченые, будут молчать в тряпочку. А начальство, которое тоже в значительной мере останется в живых, погрязнет в склоках: кто воевал хорошо, кто плохо, а вот если бы меня послушали! Но самую подлую роль сыграют газетчики. На войне они делали свой капитал на трупах, питались падалью. Сидели в тылу, ни за что не отвечали и писали свои статьи — лозунги с розовой водичкой. А после войны стали выпускать книги, в которых все передергивали, все оправдывали, совершенно забыв подлость, мерзость и головотяпство, составлявшие основу фронтовой жизни. Вместо того, чтобы честно разобраться в причинах недостатков, чему-то научиться, чтобы не повторять случившегося впредь, — все замазали и залакировали. Уроки, данные войной, таким образом, прошли впустую. Начнись новая война, не пойдет ли все по-старому? Развал, неразбериха, обычный русский бардак? И опять горы трупов!"

Это не тот форум, чтобы описывать такие вещи.

Сам бы не поверил автору, если бы в своё время не насмотрелся подвигов советских солдат в Афганистане. Ничего не изменилось. Но думаю спор дельный тут не выйдет, а то ещё забанят за нацизм или ещё чего.

Николай Николаевич НИКУЛИН ВОСПОМИНАНИЯ О ВОЙНЕ. ХРАНИТЕЛЬ И ВОЙНА Эта книга выходит в серии «Хранитель». Ее автор и герой —знаменитый ученый, историк искусств от Бога, яркий представитель научных традиций Эрмитажа и Петербургской Академии художеств. Он — глубокий знаток искусства старых европейских мастеров, тонкий ценитель живописного мастерства. У него золотой язык, прекрасные книги, замечательные лекции. Он воспитал несколько поколений прекрасных искусствоведов, в том числе и сотрудников Эрмитажа. Он пишет прекрасные рассказы-воспоминания. Но сегодня Николай Николаевич Никулин, тихий и утонченный профессор, выступает как жесткий и жестокий мемуарист. Он написал книгу о Войне. Книгу суровую и страшную. Читать ее больно. Больно потому, что в ней очень неприятная правда. Истина о войне складывается из различных правд. Она у каждого своя. У кого — радостная, у кого — трагическая, у кого — полная божественного смысла, у кого — банально пустая. Но для того, чтобы нести людям свою личную правду, надо иметь на это право. Николай Николаевич — герой войны, его имя есть в военных энциклопедиях. Кровью и мужеством он заслужил право рассказать свою правду. Это право он имеет еще и потому, что имя его есть и в книгах по истории русского искусствоведения. Хранитель прекрасного и знаток высоких ценностей, он особо остро и точно воспринимает ужасы и глупости войны. И рассказывает о них с точки зрения мировой культуры, а не просто как ошалевший боец. Это тот самый случай, когда точный анализ и достоверные описания рождаются из приемов, больше присущих искусству, чем техническим наукам. И рождается самое главное ощущение, а из него — знание. Войны, такие, какими их сделал XX век, должны быть начисто исключены из нашей земной жизни, какими бы справедливыми они ни были. Иначе нам всем — конец! Михаил Пиотровский Директор Государственного Эрмитажа Воспоминания о войне